Бениамин Матевосян: кто следующий умрет в застенках пашиняновских судов?

(Арест в современной Армении — это метод наказания и пыток)

Гибель Арсена Геворгяна в уголовно-исполнительном учреждении «Нубарашен» — это не случайный инцидент и не очередная сухая строчка в сводках происшествий, а страшный, закономерный итог работы судебной и пенитенциарной системы современной Армении. Человек 1980 года рождения, возглавлявший список партии «Сильная Армения» на выборах в Совет старейшин Степанавана, скончался ранним утром 10 ноября, находясь под полной ответственностью государства. Его арестовали 21 октября, всего за 4 дня до голосования по решению Антикоррупционного суда — в рамках массовых задержаний, затронувших 24 человека, включая четверых кандидатов.

Оппозиционера обвинили в даче взяток, предварительно запустив против него масштабную кампанию по дискредитации. Выборы 25 октября прогнозируемо выиграл провластный кандидат, а оппозиционный лидер остался за решеткой, где его состояние резко ухудшилось, и вызванная в 07: 55 скорая помощь лишь констатировала остановку сердца.

Как прямо заявила партия «Сильная Армения», прямую и недвусмысленную ответственность за смерть очередного оппозиционного деятеля в тюрьме несет тот человек, по чьему личному заказу необоснованно дискредитируют, преследуют и арестовывают сотни неугодных граждан. Однако реакция властей на произошедшее поражает своим политическим цинизмом и полным отсутствием человеческой эмпатии. Министр юстиции Србуи Галян на брифинге привычно заявила, что подобное якобы происходит во всем мире, и обыденно зачитала статистику — более двадцати смертей в тюрьмах за прошлый год и четыре за текущий. Ей вторит депутат от правящей партии Сисак Габриелян, «успокаивающий» общество тем, что от инфаркта ежедневно умирает по несколько человек.

Вместо проведения экстренного расследования и признания кризиса чиновники открыто оправдывают гибель политического оппонента, утверждая, будто тот не жаловался на здоровье, а никаких политических преследований в стране не существует.

Неоднократно приходилось констатировать, что заключение под стражу в Армении превратилось не просто в инструмент политических репрессий, но и в самое настоящее зло. Как справедливо отметил вице-спикер НС Арам Вардеванян, Арсен Геворгян, защищенный презумпцией невиновности и права на свободу, которые были грубо нарушены компетентными должностными лицами, находился исключительно под ответственностью государства, и в этих условиях мы видим ужасный и неопровержимый факт. «Наконец, поймите, что заключение под стражу — это не наказание, это просто крайняя мера сдерживания, а вы отправляете многих людей в необоснованные заключения только потому, что вы не можете представить себе Армению без политических заключенных и переполненных центров содержания под стражей. У вас нет гарантий даже минимальной медицинской помощи для задержанных, но вы отправляете их в центры содержания под стражей, несмотря ни на что. Вы попираете презумпцию невиновности ценой судеб людей, демонстрируя акт политической ненависти и фетишизации лишения свободы», — отмечает Вардеванян.

Самый трагический аспект этой практики заключается в том, что отправляя граждан за решетку до приговора суда, государство превращает изоляторы в застенки, а сам арест — в метод легализованных пыток, где отсутствие нормального медицинского обслуживания становится тихим оружием против неугодных. Смерть политика ярко иллюстрирует настоящие цели нынешней власти — устранение конкурентов любыми методами, даже ценой человеческих жизней. Сегодня армянское общество обязано задаться жестким и нелицеприятным вопросом: кто станет следующей жертвой в этом бесконечном конвейере пашиняновских судов? Падение правовой системы страны до уровня, когда арест приравнивается к смертному приговору без суда и следствия, требует немедленного осознания, и если этот режим продолжит уничтожать презумпцию невиновности, список жертв репрессивной машины будет только расти. Оппозиция должна понять весь масштаб трагедии, в первую очередь, для самой себя. Не поймете, не сделаете выводов, предадите забвению этот инцидент, эту повестку — вы окажетесь следующими в камере, в которой сидел Арсен Геворгян.

Задумайтесь об этом…